O‘SIMLIK VA O‘LIM: INGLIZ ADABIYOTIDA GULLAR ORQALI IFODALANGAN YO‘QOTISH VA QAYG‘U

Статья представляет сжатое лингвопоэтическое исследование флористичес-кой/ботанической образности в репрезентации смерти и утраты в английской литературе с фо-кусом на трагедиях У.Шекспира – Гамлет, Отелло, Ромео и Джульетта. На основе сравнительно-аналитического метода системно рассматриваются поэтические функции цветочной символики, её культурные и интертекстуальные основания, а также эстетическая роль в драматической композиции. В качестве кейсов анализируются «документ безумия» Офелии (раздаривание вообра-жаемых цветов), «Песня ивы» Дездемоны и наложение свадебного и погребального кодов в Ромео и Джульетте. Показано, что природные символы у Шекспира не декоративны, а функционируют как культурно-лингвистический код, через который артикулируются психологическая глубина и философские размышления о жизни и смерти. Результаты уточняют поэтику Шекспира, высве-чивая взаимодействие символического языка, культурной традиции и повествовательной структу-ры, и предлагают методологическую базу для дальнейших сопоставительных исследований фло-ристических мотивов в различных культурных контекстах; работа вносит вклад в литературную семиотику и культурную лингвистику.

This study offers a concise linguopoetic account of floral and botanical imagery in the representation of death and loss in English literature, with primary focus on Shakespeare’s Hamlet, Othello, and Romeo and Juliet. Using comparative–analytical methods, it examines the poetic function of floral symbols, their cultural and intertextual bases, and their aesthetic roles in dramatic structure. Case analyses include Ophelia’s symbolic distribution of flowers in Hamlet, Desdemona’s “Willow Song” in Othello, and the coupling of nuptial and funerary motifs in Romeo and Juliet, where floral signs articulate grief, memory, psychological crisis, and life’s transience. The findings show that Shakespeare’s nature imagery is not decorative but a linguistic–cultural code through which psychological depth and philo-sophical reflections on life and death are conveyed. The study refines Shakespearean poetics by highlighting interactions among symbolic language, cultural tradition, and plot design, and it provides a methodological basis for comparative research on floral motifs across cultures within literary semiotics and cultural linguistics.